В тексте резолюции отмечается, что христианские общины, одни из самых древних в мире, до сих пор сталкиваются с насилием, преследованиями, дискриминацией, принудительным перемещением и ограничениями свободы вероисповедания. Европарламент подчеркнул, что христианство остается наиболее преследуемой религией в мире и от этого страдают более 380 миллионов человек. Еще в резолюции отмечается проблема институционального вакуума по этому вопросу и впервые использовано понятие «христианофобия». В настоящее время у ЕС есть координатор по борьбе с «исламофобией», но до сих пор нет аналогичной должности для противодействия антихристианской деятельности.

На заявления в резолюции Европарламента одобрительно отреагировала Обсерватория по нетерпимости и дискриминации в отношении христиан в Европе (OIDAC). В своем заявлении организация подчеркнула, что парламент, наконец, признал глобальный масштаб преследований христиан и это открывает путь к созданию отдельного европейского механизма противодействия христианофобии.

Хотя осуждение преследования христиан однозначно положительный сигнал, история принятия резолюции и ее содержание содержит противоречивые элементы. В первую очередь, резолюция посвящена не только вопросу христиан, но включает противоречивые утверждения об осуждении анти-ЛГБТ риторики, а также «осуждает волну сопротивления гендерному равенству и правам женщин и ЛГБТК+ в разных частях света». Осуждение разных форм дискриминации происходило ежегодно, однако только сейчас встал вопрос защиты христиан, что свидетельствует о многолетнем предубеждении этой религиозной группы.

Де-факто преследование христиан лишь дополнило перечень форм нетерпимости, которые уже прописаны в документе Евросоюза и нынешняя редакция выглядит следующим образом: антисемитизм, исламофобия, преследование христиан, ксенофобия и дискриминации по признаку расы, этническая принадлежность, религия, убеждение, возраст, сексуальная. Хотя проявлять ненависть или совершать насилие неприемлемо в отношении любой группы, однако упоминание сексуальной ориентации и гендерной идентичности на практике дает основания для формирования законодательства, которое делает невозможным критику гомосексуального образа жизни или противодействие ЛГБТ-организациям как политическому движению.